статьи

Рыжая борода Гитлера. Как Киев спас Москву от немецкой оккупации

22 июля 2015
3556
Поделиться:

Июль 1940 года был, пожалуй, самым благополучным временем в истории Третьего рейха. Никогда еще небо над Берлином, увешанное свастиками, не было столь безоблачным – только что немецкие войска с триумфом завершили французскую кампанию, полностью разгромив своего главного исторического противника на континенте – Третья республика была повержена в прах. Еще раньше гитлеровцы оккупировали Польшу, Данию, Норвегию, Голландию и Бельгию. Казалось, настали времена Карла Великого и Наполеона, когда границы Европы представлялись несокрушимому агрессору не более чем трухлявым забором, который можно смять треками танковых гусениц, а можно и просто перешагнуть.

Подлодки Кригсмарине уже начали свою беспощадную охоту на торговый флот англичан, а сама Владычица Морей, оказавшись запертой на Британских островах, вся сжалась от предчувствия близкой беды – в небе над Англией разворачивалось невиданное доселе авиационное сражение, немецкие «зажигалки» сыпались на доки Портсмута, Белфаста и Лондона, а в Берлине тем временем, вспоминая опыт Юлия Цезаря, вынашивали планы сухопутного вторжения на Туманный Альбион.

Тем не менее именно в эти дни, а если быть точным, 22 июля, ровно 75 лет назад, Адольф Гитлер подписал директиву о разработке плана «Барбаросса» (назван в честь германского короля и императора Священной Римской империи Фридриха I Гогенштауфена, прозванного Барбаросса – «рыжебородый»; он правил в XII веке и немало преуспел в «собирании земель немецких», однако бесславно утонул в реке во время Третьего крестового похода). Это был план наступательной операции, целью которой стал бы полный разгром Советского Союза, на тот момент союзного Германии государства, которое с аппетитом поучаствовало в дележе польской территории и в то время, покуда Третий рейх, словно удав, заглатывал деморализованную Францию, приросло новыми территориями на берегах Балтийского моря. Эстония, Латвия и Литва были включены в состав СССР согласно договоренностям с Гитлером, и маленьким прибалтийским республикам было уже не на кого рассчитывать – два монстра загодя поделили Европу, только, как пауки в банке, они должны были со временем столкнуться – вопрос был лишь в том, кто нанесет удар первым. И Гитлер решил сыграть на опережение.

Вокруг того, можно ли считать план «Барбаросса» удачным, сломано столько копий, что если бы из обломков сложить костер, то на нем можно было бы спалить не только труп Гитлера, но и всю верхушку Третьего рейха вместе с их домочадцами. В тактическом и стратегическом плане ничего нового документ, разработанный лучшими умами немецкого генералитета – Фридрихом Паулюсом, Францем Гальдером, Вальтером фон Браухичем, собой не представлял: в его основу были положены наработки начальника германского Генерального штаба в начале XX века Альфреда фон Шлиффена, ставшие основой всей тактики блицкрига.

Для удара по Советскому Союзу было выделено 190 дивизий, из них 153 немецких (включая 33 танковых и моторизированных) и 37 дивизий Финляндии, Румынии, Венгрии. К операции подключились две трети всех ВВС Третьего рейха, Кригсмарине, военно-воздушные силы и морские силы союзников Германии. Начало операции неоднократно сдвигалось, но в итоге было назначено на 22 июня. Уже на двадцатый день войны немцы рассчитывали выйти к Пскову, Витебску, Днепру, после чего сделать двадцатидневную паузу и продолжить наступление на Ленинград, Москву, Донбасс. Завершить кампанию намечалось до наступления зимних холодов – Гитлер не хотел повторять ошибок Наполеона. Хотя именно овладению Москвой фюрер придавал особое значение, указывая на взятие столицы СССР как на «решающий успех в политическом и экономическом отношении».

По сути, дальше этого никакого четкого плана гитлеровское командование не имело (указывались лишь отдельные цели, которые необходимо достигнуть, например Баку), хотя в советской историографии часто упоминают, что конечной линией продвижения войск в Берлине установили черту Архангельск – Волга (Самара) – Астрахань. По всей видимости, фюрер рассчитывал, что после падения Москвы Советский Союз расползется по швам, как тот самый «колосс на глиняных ногах», с которым недруги любили сравнивать Россию еще со времен Дидро.

С небольшими оговорками план «Барбаросса» был успешно реализован лишь в первые два месяца войны. Смоленское сражение, хоть и проигранное Красной армией, заставило немецкое командование скорректировать планы, что привело к провалу всей стратегии блицкрига на Восточном фронте, а в конечном счете и к поражению Третьего рейха, безнадежно завязшего в войне на истощение с заведомо более сильным – и по ресурсной базе, и по человеческому потенциалу – противником.

В череде этих корректировок, возможно, роковым для «Барбароссы» решением стало указание Гитлера, против которого, надо сказать, возражали даже самые преданные фюреру генералы, снять часть войск (2-ю армию Максимиллиана фон Вейхса и 2-ю танковую группу Гейнца Гудериана, а это без малого 27 дивизий, в том числе семь танковых и моторизованных – около 300 тысяч солдат и офицеров и тысяча танков) с центрального участка фронта и направить их на помощь группе армий «Юг». Гитлер счел, что стратегический успех здесь, в частности овладение Киевом, Крымом и Донецким угольным бассейном, важнее немедленного захвата Москвы.

Киевская операция в итоге благодаря участию немецких армий, снятых с Московского направления, стала едва ли не самым сокрушительным поражением советских войск в войне – только пленными Красная армия потеряла более полумиллиона человек, угодивших под Киевом в крупнейший за всю военную историю котел. Эта драма стала не столько символом сообразительности немецкого командования, сколько примером косности, неповоротливости и элементарной трусости некоторых советских генералов, явив в то же время несравненные образцы героизма простых солдат, брошенных на произвол судьбы в болотах Полесья. Успех под Киевом открыл группе армий «Юг» дорогу на Приазовье, Донбасс и Харьков, которые и были заняты немцами к концу осени.

Однако, ослабив группу армий «Центр», фюрер сдвинул и сроки наступления на столицу – поредевшие танковые дивизии гитлеровцев, столкнувшись, помимо упорного сопротивления Красной армии, еще и с осенней распутицей, а затем и с ранними морозами, резко замедлили движение на восток, что дало возможность советскому командованию перебросить подкрепления из Сибири. К Москве изрядно выдохшиеся, завшивленные и обмороженные немцы подобрались только в ноябре, нарушив все первоначальные сроки гитлеровского плана. После советского контрнаступления столица Союза была спасена, и «Барбароссу» можно было сдавать в утиль.

Есть в таком развитии событий какая-то горькая ирония – самый страшный враг, с которым когда-либо сталкивалась Россия (Московское княжество, Русское царство, Российская империя, СССР), потерпел поражение во многом из-за того, что отвлекся на Киев, «мать городов русских», место, из которого нынешние хозяева Кремля лепят «страшилку» для обывателей, которое клеймят как рассадник фашизма.

Slon.ru

Петр БОЛОГОВ

Если вы заметили орфографическую ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter


#FreeMarkiv (фото)
Арсен АВАКОВ
Золоте
Леонид ЛОГВИНЕНКО
Важкий вибір
А. ВЕРТИЙ
Аура языка
Александр КИРШ

19 октября 2019
больше новостей
новости партнеров
delta = Array ( [1] => 0.00040698051452637 [2] => 0.90854096412659 )