статьи

Рекрутинг — первые попытки военкоматов найти контакт с обществом

8 мая 2016
7497
Поделиться:

Украинская армия пытается стать профессиональной. Серьезно споткнувшись о принудительную мобилизацию и такую же «срочную», но нищенскую службу за 540 грн в месяц, Генштаб был вынужден искать контрактников. Т.е. тех, кто будет рассматривать армейские специальности, не как рабский и плохо оплачиваемый труд, а как профессию, которой нужно всецело отдаваться за достойную зарплату. Правда, живя еще «нормативами» и главное — сознанием СССР, Генштаб продолжает спускать в регионы планы: сколько нужно найти контрактников и срочников.

Например, для Харьковской области «плановое задание» на второй квартал текущего года - 820 контрактников и 1500 срочников — на осенний призыв. Кстати, самые высокие и заведомо невыполнимые планы Генштаб «спускает», как правило двум областям — Харьковской и Днепропетровской.

Как рассказал военком области Юрий Калгушкин, как и всегда, особо требуются стрелки, водители БТРов и танков, снайперы, фельдшеры и повара. Это для контрактников.

На должности рядовых и сержантов принимают желающих в возрасте от 18 до 60 лет.

Добровольцы должны быть здоровыми, без судимостей и не состоящие на психиатрическом или наркологическом учете.

Именно желание человека получить место постоянной работы с достойной зарплатой помогает области выполнять «генштабовский план» и находить мотивированных контрактников: и демобилизованных бойцов АТО, и тех, кто не попал под мобилизацию вообще, и тех, кто недавно отслужил срочку. Они, в отличие от тех, кто не желает проходить срочную службу, не отказываются от прохождения медкомиссий (что совершенно законно), не оформляют разводы, становясь отцом-одиночкой (что тоже законно), не крадут в супермаркетах шоколадки для того, что бы получить судимость (условный срок) и, тем самым, навсегда сделать себя недоступными для военкоматов.

Эти неофициальные правила игры уже давно приняли все: и Генштаб, и военкоматы, и общество. В жизнь воплощается своеобразный третий закон Ньютона: каждое действие Генштаба по принуждению имеет в обществе такое же противонаправленное действие, равное по силе.

Замкнутый круг стал разрываться только недавно. Всего лишь две недели, как на улицах Харькова появились передвижные рекрутинговые центры. Безусловно, так их официально не называют. С точки зрения государства, это выездные информационно-разъяснительные кампании по вопросам занятости. В течение мая 2016 3 раза в неделю (понедельник, среда, пятница) с 10 до 17 ч. вблизи крупнейших транспортных узлов: железнодорожный вокзал «Харьков-Пассажирский», автостанция №6 (станция метро «Пролетарская»), автовокзал (станция метро «Холодная гора») будут работать мобильные центры занятости.

В областном центре занятости, которому и принадлежат указанные палатки, говорят, что они призваны популяризировать услуги по профессиональной подготовке, переподготовке, повышению квалификации в центрах профессионально-технического образования государственной службы занятости.

Но харьковчане эти пункты уже успели назвать именно рекрутинговыми пунктами — такими, которые давно существуют в США и странах Европы. Примечательно, что существуют они и в Украине, причем уже два года. Только если Генштаб додумался заняться этим направлением поиска мотивированных добровольцев только сейчас, то «Правый сектор» и «Азов» уже давно и успешно отбирали себе в подразделения не запуганных алкоголиков, а именно тех, кто понимал, зачем идет в армию и сможет ли воевать в зоне АТО.

В поиске рекрутов осваивать путь убеждения человека вынуждены районные военкоматы. Одним — тем, кто все еще считает всех мужчин «учетной единицей», с которой можно обращаться, как с поленом, и отправлять его в «топку» по собственному усмотрению, приходится сложно.

Тем же военкоматам, где от типичных «солдафонов» удалось избавиться, где понимают, что каждому, кто потенциально соглашается сегодня помочь армии своей службой, нужно найти место, соответствующее желанию и способностям человека, проще.

Одним из таких — модернизируемых и по назначению, и по методам работы и отношения к людям — стал Московский райвоенкомат Харькова.

В период 5 и 6 волн мобилизации именно этот военкомат имел одну из самых «дурных» слав в городе. О взяточничестве среди сотрудников военкомата, об их хамстве, облавах устраиваемых на улицах района, писали как харьковские СМИ, так и пользователи соцсетей и местных форумов.

Скорее всего, исправлять ситуацию, в военкомат направили нового руководителя — майора Александра Киселя. Кадровый офицер, ушедший в свое время «на пенсию» заниматься частным бизнесом, т.к. прокормить семью на армейскую зарплату он не мог, Александр возвращается в армию уже в период АТО.

Говорит, что не мог сидеть сложа руки, понимая, что он — профессиональный военный «не в строю» в то время, как оружие в руки вынуждены брать учителя, инженеры и продавцы. И еще уточняет: «У меня сын. Как бы я ему в глаза смотрел?»

Среди прочих причин, заставивших в свое время майора покинуть армию, называет коррупцию, взятки, воровство, а еще то, что армия не рассматривала бойца, как человека.

«Я когда в военкомат служить пришел, как-то услышал случайно, как один из сотрудников позволил себе на призывника голос поднять… Пришлось эту практику менять — объяснил сотрудникам, что унижать, оскорблять, не уважать человека, который пришел в военкомат, у них права нет».

Может поэтому и в рекрутиновые пункты майор Кисиль выезжает сам — общается с людьми, отвечает на вопросы, советует.

А потом все анализирует. До мелочей.

«А вы знаете, что работа в таких пунктах зависит даже от погоды? Когда солнечно, нет дождя, у людей настроение лучше и они более охотно подходят, интересуются, иногда даже спорят. А когда пасмурно и дождь — поток снижается — люди спешат».

В пятницу было пасмурно и шел дождь. За час нашего общения с Александром, поинтересоваться контрактной службой подошли 6 человек. Сборный портрет за час: мужчина, за 40 лет, со средним или средним специальным образованием, когда-то (во времена СССР) служил срочку, но контрактом интересуется только по гражданской профессии. Например, бывший пограничник пришел узнавать о контрактной службе водителем, а недавний участник АТО тоже интересовался именно этой специальностью.

Майор нескрываемо гордится работой своих подопечных, которые помогают ему в рекрутинговом пункте. Карина и Артем — старшие солдаты. При этом Карина Пименова — контрактница, педагог по образованию.

Итог нескольких дней работы — два человека уже проходят медкомиссию в военкомате, еще нескольких ждут сразу после праздников. С теми, кто в ходе консультаций был искренен и действительно заинтересован в работе в армии, стараются поддерживать телефонную связь, помогая человеку определиться и принять взвешенное и обдуманное решение.

Майор говорит, что в среднем, в день останавливаются и задают не праздные вопросы человек 15-30. Примерно половина из них оставляют свои координаты для связи.

«Тут должны работать люди, которые не только могут все досконально объяснить человеку, но и те, кто умеет общаться и делает это с уважением к собеседнику, следят за нитью разговора, слушают собеседника, могут посоветовать, как и где лучше использовать опыт и знания человека».

Александр Кисиль сторонник контрактной армии. Поэтому рекрутинговую форму работы приветствует. Может быть, потому, что понимает: услышит тебя только тот, кто хочет слушать, служить будет только тот, кто хочет служить.

«У нас 20 лет разваливали и разворовывали армию. А за два года она возродилась. Во многом благодаря добровольцам и волонтерам. Сегодня очень важно не упустить время, не потерять доверие общества. А общество будет доверять только профессиональной и мотивированной армии. Поэтому мы и стараемся привлекать именно добровольцев, которые, имея гражданскую профессию, смогут реализовать свои знания и опыт в армии во благо самой армии, общества и Украины. Мы избрали натовскую систему построения армии, т.е. контрактная армия. И я, как кадровый офицер, считаю, что это правильный путь».

Свою позицию военком объясняет просто и доходчиво. Современная армия — слишком дорогая и сегодня уже достаточно обеспечена сложной техникой. Допускать к ней можно только обученных и хорошо подготовленных людей. А стать такими смогут только те, кто, действительно, хотят этому научиться и имеют для этого определенные способности.

«Если у офицера в подразделении есть боец, которого поймали и насильно — против его желания — засунули в армию, то этот один, даже если вокруг него будут 20 мотивированных и надежных солдат, представляет реальную угрозу для окружающих. Он может спровоцировать панику, не выполнить задачу, что приведет к гибели людей. Особенно, если это происходит в зоне АТО. А близкого окончания войны я пока не вижу… »

Говоря о новой системе работы по набору кадров для армии, Александр Кисиль акцентирует внимание и на том, что в рекрутинговые пункты за информацией обращаются не только состоявшиеся мужчины, но и молодежь: кто с вопросами о возможности заключения контракта в 18-20 лет, а кто — с вопросами о том, как попасть на срочную службу в определенные войска. С одной стороны, майора эта ситуация радует. С другой — говорит о том, что проблем с набором на срочную службу очень много. Что связано, как с несовершенством самой срочной службы и законодательной базы, ее регламентирующей, так и с нежеланием молодежи служить. А иногда — и просто страхом перед службой и армией. Однозначного решения проблемы, говорит Кисиль, он пока не видит, но понимает, что из запуганного выпускника техникума, ПТУ или вуза, хороший солдат практически не получится. Значит, уверяет, нужно искать компромиссы, точки соприкосновения, вести патриотическую, разъяснительную работу и обязательно учитывать пожелания самой молодежи, не игнорировать их.

«Это в армии СССР всех скопом набирали и распределяли, кого и куда попало. А в новой украинской армии мы себе такого позволить не можем. Даже рядовой солдат должен быть заинтересован в службе, в получении определенных знаний и навыков. Без этой заинтересованности мы его ничему не обучим, и он так и не станет профессионалом, готовым защищать страну. Надеюсь, в том виде, в котором и сегодня существует срочная служба, она отомрет, она изменится и станет обоюдовыгодной: как для человека, так и для страны и армии. Но до этого еще нужно дойти, к этому нужно прийти».

При этом военком Московского района совершенно оправданно считает, на контракт следует привлекать больше именно молодежи — выпускников техникумов и вузов. В таком сотрудничестве майор видит как раз обоюдовыгодное социальное партнерство.

«Армия получает людей с высоким интеллектом, определенным уровнем знаний, как теоретических, так и практических, людей узконаправленных специализаций, которых легче доучить уже по смежным военным профессиям. А молодежь получает гарантированную работу с уровнем оплаты, который не предложит сегодня ни одна даже частная фирма. Мне кажется, что в этом случае ребята должны пробовать. Понравится, будет получаться — растите в армии и дальше, совершенствуйтесь. Не понравится — ваше право — ищите себя в другом месте и в других условиях».

Говоря о молодежи в армии Александр Кисиль не сводит глаз с Карины и Артема. А позже с гордостью в голосе напоминает, Артем — студент-заочник в ХПИ. Обещает отпускать парня на сессии — в положенный по закону учебный отпуск. А еще уточняет — не в ущерб положенному обычному отпуску для солдат срочной службы.

А в итоге резюмирует:

«Знаете, все у нас получится, все станет на свои места и придет к взаимовыгодному балансу. Главное — уважать друг друга и вместе возрождать и строить нашу армию!»

Не исключено, что оптимизма офицеру добавляет тот факт, что харьковчане проявляют интерес к контрактной армии, а значит — у нее есть неплохой шанс стать именно профессиональной.

Если вы заметили орфографическую ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Хотите первыми узнавать о главных событиях в Украине - подписывайтесь на наш Telegram-канал



Подтверждено:  
3 463 872 
+13 531
Болеет:  
381 088 
-10 529
Выздоровело:  
2 995 727 
+23 535
Умерло:  
87 057 
+525
Привито:  
13 543 488 
+210 869

Сегодня
1 декабря 2021
больше новостей
delta = Array ( [1] => 0.00037384033203125 [2] => 0.064965963363647 )