Владимир ЧИСТИЛИН. Главное™
1 23 4 5 6 7 8 9 10
"Совковое" мышление
Если рассматривать евроинтеграцию как цивилизационный выбор, то главное, что она может изменить в жизни рядового украинца – начать процесс десоветизации общества. Всем уже очевидно, что основная проблема того, почему мы двадцать с лишним лет топчемся на месте, кроется у нас в головах. Экономическая отсталость и нежелание проводить реформы, тотальная коррупция и нарушение прав человека, низкие социальные стандарты и удушающий инвестклимат – все это следствие «совкового» мышления, которое по пути в Европу нам предстоит преодолеть. Существует несколько версий, кто конкретно ввел в оборот термин, характеризующий советского до мозга костей индивидуума. Самая распространенная приписывает неологизм музыканту Александру Градскому. Якобы, когда он выпивал с друзьями в песочнице, рюмками приятелей служили забытые детьми пластмассовые формочки, а самому Градскому достался совочек. Культурологи Александр Генис и Петр Вайль утверждали, что придумали это слово для обозначения туристов, выезжающих в соцстраны, а жители Прибалтики так сокращено называли советских оккупантов. Как бы там ни было, в общественном сознании понятие «Homo Sovieticus» давно и прочно ассоциируется с местом, куда сгребают мусор. Иначе говоря, то от чего нужно поскорее избавиться, чтобы оно не мешало нормальной жизнедеятельности. Несмотря на то, что по последним данным 41% украинцев сожалеют о распаде СССР, 59% считают, что стране не хватает «сильной руки», а 26% хотели бы ужесточение цензуры, «совок» не столько политическая, сколько ментальная характеристика человека. Конечно, большинство из них ностальгируют о великой державе, живут коммунистическими мифами, и их взор обращен в прошлое, но главная особенность все же лежит в психологической плоскости. «Совок» не знает, что такое свобода, он впитал в плоть и кровь патерналистский дух, имея, зачастую, примитивно-поверхностные представления о правах и ответственности. Без того, чтобы кто-то о нем заботился, он не представляет своей жизни. Может месяцами ходить на работу, где давно уже не платят зарплату, унижаться перед чиновниками, пытаясь за нужную справку всучить коробку конфет, плестись на любые акции «протеста», лишь бы не прогневать начальство. Конформизм, лицемерие, жлобство, желание не высовываться и быть как все, помноженное на форменное хамство и оголтелую агрессию - основа основ всей советской системы. Жаждой халявы и панического страха, который в конечном итоге порождает вседозволенность, проникнуто все бытие украинского «совка». Осенние вокзалы, где во время дождя десятки людей с дармовыми зонтами от Партии регионов, выталкивают из электричек себе подобных, наглядная картина описываемого типажа. Это он не выключает воду в общественной душевой, раскидывает окурки под дверью соседа и беспардонно гадит в подъезде. Это он может целый день сидеть без света, не удосужившись позвонить диспетчеру, винит во всех бедах окружающих и слышит в своей правоте только то, что хочет услышать. Это он ненавидит власть, но идет за предвыборным пайком, кругом видит заговор и темные силы, склонен к паникерству и чрезмерному праведничеству. Пионерское воспитание заложило ему определенный набор базовых моральных ценностей, однако по своей ментальности «совок» априори «временщик», не имеющий стратегического мышления. Ему не на что опереться, ибо он живет в культурном вакууме, без традиций и угрызений совести. Он имитирует активность на работе, не оплачивает проезд в транспорте, переходит дорогу на красный свет, навязчиво влезает во все дела, обсуждая других в интимных сферах и не храня чужие тайны. В Европе, куда мы так рвемся, переоценивая свои возможности, подобное даже трудно себе представить. Только советский человек, находясь на работе, уносит домой все, что может с нее унести. Хапужество порой достигает унизительных глубин, когда с проходной тащат канцтовары, мыло, туалетную бумагу. По данным Всеукраинской ассоциации кадровиков более 47% наших соотечественников грешат тем, что выносят из работы больше, чем туда приносят. В том числе респонденты признавались, что речь шла о личных вещах и чужих продуктах из холодильника. Зависть, злоба, ненависть к чужой собственности и успеху других - неотъемлемое свойство всего естества «совка». Со времен «холодной войны» его мышление продолжает оставаться биполярным, что позволяет властям всех уровней легко манипулировать такими согражданами. Они по-прежнему живут в черно-белом измерении, где весь мир поделен на своих и врагов. Отсюда вся эта перманентная возня вокруг фашистов, гомосексуалистов, католиков, загнивающий Запад, славянское единство и т.п. Нетерпимость к чужому мнению и неумение слушать оппонента - еще один характерный признак «Homo sovieticus». Пора бы уже понять, что пока мы не прекратим обзывать «предателями» всех, кто с нами не согласен, мы и дальше будем оставаться «совками». Европейскость в том и заключается, чтобы уважать чужой выбор, без популистской риторики, навязчивых предложений или отпетого хамства. Не толерантность «совка», не имеющего внутреннего стержня, проявляется буквально во всем: будь-то заседание парламента, распитие спиртных напитков или стояние в очереди. Рабская психология верподданичества и чинопочитания, беспринципность и двуличие не менее гнусные отростки в душе бывшего строителя коммунизма. Социальная пассивность, боязнь перемен, колбасное мышление делают его заложником любых экспериментов в державе. Будучи жертвой масс-культуры, манипулятивных информационных потоков и коллективного помешательства, внимание «совка» всегда легко переключается на третьестепенные вещи. Ему можно втюхивать все что угодно, главное не забывать об универсальном принципе «хлеба и зрелищ». Конечно, при этом он будет непременно чем-то недоволен, выставит напоказ комплекс прибеднения и забудет в конце сказать «спасибо», но то, как говорится, уже детали. Когда просыпается совесть, эгоизм у него пребывает в панике, поскольку для «совка» люди всегда объект оценивания с точки зрения того, что с них можно получить. Как работает внутренний «счетчик» хорошо можно понаблюдать, например, у торговцев в Крыму, таксистов на стоянке или директоров образовательных учреждений. «Совок» мелочен и всегда торгуется. Не желая признавать собственные ошибки, он хочет компенсировать уязвленное самолюбие какими-то материальными благами. Не важно речь идет о нежелании платить алименты или получить 200 млн. долларов в казну державы. Естественно, в любом обществе встречаются люди с подобной психологией, но только в постсоветских реалиях они являются не маргиналами, а теми, кто принимает решения и распоряжается ресурсами. Стоит только посмотреть на большинство Верховной Рады, ее спикера, премьера, чтобы понять, где гниет рыба, и сколько при таком электорате нам еще предстоит усилий на пути к реальной евроинтеграции. Причем, вне зависимости оттого, что произойдет в конце ноября или кто станет следующим президентом. Политика - слишком серьезное дело, чтобы доверять ее политикам. Пожалуй, это главный вывод, который должны сделать украинцы из нынешней евроинтеграционной осени. История, как известно, довольно капризная барышня. Это сейчас мы гадаем, помилуют ли Тимошенко, подпишут ли Ассоциацию с ЕС, пройдут ли наши в плей-офф Францию, а ровно 20 лет назад страна не на шутку была озабочена предчувствием Конца Света. «Совок» всерьез обсуждал пророчество Марии Дэви Христос, которая назначила Апокалипсис на 24 октября 1993 года. Потом, правда, по техническим причинам адепты «Белого Братства» перенесли Страшный Суд на три недели позже. Возможно, еще через 20 лет, когда мы, наконец, выйдем из пустыни рабства, эти размышления о «совковости» мышления тоже покажутся смешными и наивными. Поколение, на чьих глазах происходили крушение империи и переоценка ценностей, глобализация мира и сексуальная революция, небывалый технический прогресс и интернетизация всей страны удивить чем-то практически невозможно. Боюсь, что если в аду будет Wi-Fi, многие Конца Света сегодня даже не заметят. Но именно нынешней генерации выпала честь совершить историческую миссию по возвращению Украины в лоно европейской семьи. И ключом к этой двери должен стать именно процесс тотальной десоветизации общества. Рисунок Иванов Игорь Анатольеви
Мы верим мужеству отчаянных парней
Как бы не уверяли нас чиновники МОК, а спорт и политика не отделимы друг от друга. По крайней мере, в Украине они всегда были частью единого целого. Все еще помнят, как на табло футбольных матчей писали номер правящей партии в избирательном бюллетене, как Олимпийские чемпионы отказывались от премий в знак протеста против преследования Януковича, а старший Кличко проводил бой с оранжевой ленточкой на трусах. На местах спорт давно уже превратился в заложника политической конъюнктуры. Губернаторы и мэры обязательно возглавляют всевозможные федерации, руководят областным отделением МОК и решают собственные проблемы за счет клубов и их болельщиков. О том, как год назад у Ярославского, по сути, отобрали ФК «Металлист», написано немало. Пока страной правит Семья, за харьковский футбол можно быть более-менее спокойным. Прогнозировать, что произойдет с командой, когда сменится власть и протеже Курченко утратят нынешний политический вес, сегодня не возьмется никто. Мы еще не забыли, как местные бизнесмены поддерживали «желто-синих» в начале века, когда клуб вылетал из высшей лиги. Очень не хотелось, чтобы «Металлист» через несколько лет постигла печальная участь наших хоккеистов. На днях стартует новый чемпионат страны, и в этом сезоне из-за финансовых проблем в нем не сыграет ХК «Динамо» (Харьков). Это означает, что в нашем городе больше нет профессионального хоккея. Пикантность ситуации в том, что почетным президентом клуба является Михаил Добкин, а вице-президентом Геннадий Кернес. Еще летом прошлого года официальный сайт горсовета рапортовал, что в «первой столице» возродили хоккейную команду.  Радоваться действительно было чему. Клуб, игравший одно время даже в высшем дивизионе советского первенства, заявился на чемпионат вместо «Харьковских Акул». Тем пришлось сняться с соревнований из-за проблем с финансированием. «Акулы», в свою очередь, появились вместо ХК «Харьков». Короче говоря, с приходом в большой хоккей «отцов города» забрезжила надежда, что ситуация, наконец, изменится. Все-таки этот вид спорта весьма дорогостоящий, минимальный бюджет для клубов оговаривался в 300 тыс. долларов, нужны были спонсоры и неравнодушные к ледовым баталиям покровители. Спортивный директор «Динамо» Александр Гриншпун не скрывал тогда своих эмоций: «Это действительно большое событие. Через много лет в Харькове возродили хоккейный клуб. Цель профессионального хоккейного клуба «Динамо Харьков» образца 2012 года – достойно продолжить историю сильной команды, которая славилась своими традициями и победами». Однако уже через год инициаторы формирования клуба не смогли найти нужную сумму для продолжения существования. Да и весь прошлый сезон «Динамо» постоянно лихорадило. Проблемы с финансированием начались еще зимой. Тогда из-за постоянных невыплат зарплаты игроки были доведены до такого состояния, что однажды отказалась выходить на матч против «Белого Барса». Конфликт кое-как удалось уладить, и команда с долгами сумела доиграть остаток сезона. Чтобы морально поддержать подопечных на лед пришлось выходить даже лично главному тренеру «динамовцев» Дмитрию Якушину. Зачем было городить весь этот огород, спросите вы? Объясняется все очень просто. Борис Колесников, в юности занимавшийся хоккеем, перед Евро-2012 очень обиделся на харьковских градоначальников за скандал с «золотыми» лавочками в метро. Чтобы сменить гнев на милость, прославленным тендемом и было принято решение «возродить» в Харькове ледовые баталии на профессиональной основе. Правда, запала хватило лишь на полгода. С паузой в политической карьере главного хоккеиста страны экс-вице-премьера Бориса Колесникова погас интерес к клюшкам и у Добкина с Кернесом. До этого не нашел деньги для своего «Беркута» Давид Жвания. Перед ним прекратил финансировать «Гайдамаков» Петр Порошенко. Доходило до того, что основатель винницкого клуба Валерий Лукьянец вызывал «шоколадного короля» на ринг, чтобы тот ответил за свои слова. Сам Порошенко утверждает, что никаких обязательств не брал, а спортсмены просто шантажируют его. В итоге, как сообщил на днях президент ФХУ Анатолий Брезвин, в новом сезоне чемпионата Украины, который с огромным опозданием стартует 28-29 октября, с превеликим трудом удалось собрать великолепную пятерку команд. В частности, в национальном первенстве сыграют белоцерковский «Белый Барс», винницкие «Гайдамаки», львовские «Львы», а также киевские «Компаньон - Нефтегаз» и «Сокол». Харьков при таких покровителях, увы, оказался в пролете, хотя молодые ребята из аматорской команды «Авангард» до последнего рвались в бой. Не то, чтобы Бойко или Ефименко сильно любили хоккей, просто ответственности оказалось чуть побольше или, как, спасая «Гайдамаки», сказали в Виннице, любви к родному городу. Собственно, хоккей это всего лишь свежий и наглядный пример отношения к проблеме. В Украине в целом, и в Харькове в частности, бизнесменам спорт нужен только до тех пор, пока он является частью их политической игры. Играл в молодости в ручной мяч Кушнарев – была у нас гандбольная команда. Вкладывали в нее те, кто хотел угодить губернатору. Где сейчас мужской гандбол? А ведь тренер Виктор Друккер заложил хороший фундамент для развития этой игры. Болеет сейчас всей душой за волейбол Остапчук – выступает успешно на евроарене «Локомотив». Хотя складывается впечатление, что новому руководству ЮЖД команда особенно не нужна. Предстоящая реорганизация «Укрзалізниці», (к чему все идет), может и вовсе убить харьковский волейбол. Спонсорство Ярославским регбийного «Олимпа», который недавно стал чемпионом Украины, скорее, исключение, подтверждающее правило. Хотя вкладываемые здесь суммы совершенно иные, чем когда речь шла о «Металлисте». Теперь, видимо, главным политическим спортом у нас будет баскетбол. Благо, харьковский БК «Авантаж-Политехник» с пришлого года выступает в Суперлиге. По оценкам экспертов средний бюджет клуба в украинском баскетболе составляет около 2-2,5 млн. долл. Наш город входит в числе принимающих Евро- 2015, так что весь колорит праздника мы на себе ощутим сполна. Манеж во Львове уже финансирует Коломойский, у нас – дело поручили Курченко. Только в спорткомплекс «Харьков - Арена» компания «ВЕТЭК» планирует инвестировать 350 млн. грн. Конечно, по сравнению с футбольным чемпионатом, бюджетного дерибана будет меньше, но все равно всем заинтересованным сторонам должно хватить. Пока в смете прописано, что подготовка и проведение Евробаскета-2015 обойдется Украине в 13,3 млрд. грн, но мы то знаем, как к моменту проведения турнира «неожиданно» растут цены. На сегодняшний день пока ни в одном из шести городов Евробаскета-2015 строительство не продвинулось дальше заливки фундамента. Хотя времени еще предостаточно, и в том, что чемпионат в Харькове пройдет на должном уровне сомневаться не приходится. В крайнем случае, попросят из бюджета еще десяток-другой миллионов, что в целом для города тоже неплохо. А пока бюджетникам нечем уже платить зарплату, промышленное производство рушится на глазах, а неполитические виды спорта влачат жалкое существование, Украина замахнулась на Олимпиаду-2022. «Расходы на ее подготовку будут не меньше, чем денежные средства, потраченные на подготовку к Евро-2012», - заявил на днях Янукович. Данное предложение президента было вынесено на Совет регионов во время выездного заседания в Борисполе. «Когда мы рассматриваем этот вопрос, его нужно принимать сознательно и взять на себя ответственность. Мы готовы к этому или нет, уважаемые коллеги?» – спросил гарант присутствующих. Попробовал бы кто возразить. Как следствие, все участники заседания проголосовали за подачу Украиной заявки на право проведения зимних Олимпийских игр 2022 года. Может быть, хоть тогда за хоккей возьмутся. Или вы уже не верите мужеству отчаянных парней
Наше завтра
Мы так долго ждали поколения, не жившего при «совке», что не заметили, как ровесники Независимости уже оканчивают учебу в вузах. Родившиеся в первой половине 90-х сегодня составляют 2,5 миллионную армию студентов, которые по идее должны были бы стать авангардом социальных изменений в стране. Юношеский максимализм, жажда справедливости, не желание прогибаться под изменчивый мир всегда делали продвинутую молодежь главной движущей силой всевозможных протестных акций. В теленовостях то и дело можно увидеть, как по миру вспыхивают массовые очаги недовольства учащихся. Украинская новейшая история с ее революцией «на граните» и Майданом-2004, тоже наглядный пример того, как 20-летние способны вершить судьбы страны. Однако, нынешние студенты в основной своей массе неорганизованны, безынициативны, разобщены и по большому счету абсолютно безразличны к будущему своей страны. Конечно, нельзя стричь всех под одну гребенку, но поскольку Харьков традиционно считается молодежным городом, а в вузах «первой столицы» гранит науки «грызут» более 200 тысяч человек, то происходящие процессы здесь особенно заметны. Поэтому хочу высказать свои соображения о тенденциях, которые не могут не настораживать. К сожалению, приходится констатировать, что, как явления, студенческого движения в Украине сегодня не существует. Молодые люди не хотят ничего менять, им фактически нечего предложить обществу на уровне идей и смыслов. Аполитичные, инфантильные, усталые от жизни, они из интеллектуальной прослойки превратились в умственный пролетариат, которому лень сдавать сессии и творчески осмысливать происходящее. Для движения вперед у многих из них нет никакой мотивации. Наука в стране абсолютно не востребована, блат и связи решают все, родительский пример, как правило, показывает бесперспективность образования. К тому же всегда есть более легкие пути достижения цели: зачет можно купить, реферат скачать в Интернете, в случае проблем - полюбовно договориться с зав.кафедрой. Работа по специальности давно уже стала советским анахронизмом, а «корочка» диплома не более чем условие для презентабельного резюме. По данным фонда «Демократические инициативы», средний размер взятки за экзамен в украинских вузах составляет 376 грн. Оборот коррупционных средств в университете областного центра с численностью 5 тыс. человек доходит до 2 млн. долл. в год. Три четверти студентов не скрывают, что дают педагогам «на лапу». 43% в принципе лояльно относятся к проявлению коррупции в вузах, считая их нормальным способом решения вопросов и неотъемлемой частью жизни. Стоит ли после этого удивляться, что желающих за 50-100 грн. помахать флажками на митинге под любыми лозунгами всегда находится предостаточно. Беспринципность, безответственность, не самостоятельность в принятии решений – характерные черты нынешнего студенчества. Таки понятия как честь мундира и корпоративная солидарность давно уже канули в Лету. Конечно, никто не призывает вернуться к временам Бисмарка, когда обладатель шрамов на студенческих дуэлях имел больше шансов на продвижение по службе, чем владелец диплома с отличием. Но стихийные протесты, которые порой возникают в отдельных вузах, так и остаются местечковым событием. Даже всеукраинская кампания по отставке Табачника как-то быстро сошла на нет, а ее активисты имели серьезные неприятности, вплоть до отчисления. Тема патриотизма это вообще отдельный разговор. Не секрет, что половина студентов больших городов – люди приезжие, которые относятся к месту учебы с психологией варягов. Около 70% учащихся при первой же возможности хотят уехать за рубеж, поскольку не видят перспектив дальнейшей профессиональной реализации в Украине. Понять их вполне можно: европейские вузы сегодня предлагают достойную альтернативу, которая обходится, зачастую, дешевле и качественней отечественных аналогов. Эмиграция, как выход от беспросветности нынешних реалий, становится доминирующим настроением в среде вчерашних школьников. При этом, лелея наполеоновские планы, менее пассивными студенты от того не становятся. Как первая генерация потребительского общества они все также ленивы и не любопытны. Хотят, чтобы им все объяснили, разжевали, написали, а лучше вообще заполнили анкету и отправили на конкурс или стажировку. Рискну на себя навлечь шквал критики, но смею утверждать, что большинство нынешних студентов представляет собой гнетущее впечатление. Ими легко манипулировать, они в целом безграмотны, оторваны от культурных традиций старших и совершенно равнодушны к происходящему в стране. Зачастую социальная пассивность это даже не их вина, а беда. Поскольку ценностные ориентиры потерянного поколения закладывались в лихие 90-е, а формирование личности припало на эпоху гегемонии социальных сетей. Если от пенсионеров уже никто не ждет никаких изменений, то общественная инертность двадцатилетних не может не удручать. Студент по своей сути должен быть идеальным двигателем прогресса, зачинщиком перемен и революций в самом широком смысле этого слова. Особенно в молодом государстве, где только вырабатываются определенные модели и стереотипы поведения. Для этого у него есть все необходимые предпосылки. С одной стороны студент юн, нетерпим к проявлениям лицемерия, закостенелости и фальши. Он хочет переделать весь мир под себя, варится в интеллектуальной среде и занимается интеллектуальным трудом. Он готов действовать, имея заряд сил, оптимизма и жизненной энергии. В то же время двадцатилетние еще, как правило, не обременены семьей, грузом обязанностей и прошлых ошибок. Максимализм, коммуникабельность, желание свернуть горы, помноженные на студенческие традиции, могли бы стать мощным толчком к давно назревшим преобразованиям в Украине. При уничтожении среднего класса, обнищании пенсионеров и доведения до рабского состояния бюджетников, рассчитывать на воплощение евроинтеграционных устремлений можно бы было на «завтра» страны, но социальная апатия и не желание брать на себя ответственность превратило студенчество в серую, разобщенную, безликую массу. Она может преданно болеть за «Металлист», но полениться пойти проголосовать за своего кандидата. Возмущаться объединением вузов, но не выйти на акции неповиновения, как это сделали сумские студенты в мае 2004-го. Гневно протестовать Вконтакте против поборов «преподов», но не создавать альтернативные студенческие профсоюзы ради отстаивания своих прав. Время стройотрядов, поездок на целину и комсомольских собраний безвозвратно минуло. На смену им за двадцать лет ничего не пришло, а образовавшийся вакуум расслабил поколение ровесников Независимости, не сумевших создать ничего нового. Им нечего бояться, что за неуспеваемость их отчислят или загребут в армию. На нынешнего студента преподаватель должен молиться, ибо от количества заполненных зачеток зависит его зарплата и будущая научная пенсия. Возможно, это не так сильно сейчас бросается в глаза, но в свете стратегических перспектив Украины, отсутствие студенчества сегодня едва ли не ключевая общественная проблема. Реальная евроинтеграция без этой 2,5 миллионной армии будет невозможна. Пролетарию нечего сказать. Его запросы примитивны: нужна лишь нормальная заработная плата, адекватные условия труда, понятная идеология и доступные развлечения. Бюргер добавит к этому списку интеллектуальные потребности, семью и школу, возможно религию и высшие ценности. Украинскому бизнесмену любого калибра всегда есть что терять. Поэтому рассчитывать на кардинальные изменения в будущем, кроме как на сегодняшних студентов, в общем-то, не на кого. В том числе и по этой причине «третьему сектору» надо усиленно начинать работать именно с ними. Вопреки прадедушкам ректорам и пугливой профессуре, отсутствию неформальных клубов и креативу самим молодых людей, неповоротливости государственной системы и заскорузлости внутривузовской среды. За редким исключением, университеты сегодня превратились в террариумы единомышленников, заповедники консерватизма и конклавы приспособленчества. Они давно стали национальными, но прекратили быть украинскими, сместили акцент с качества на количество, заменили традиционную автономию на администрирование продажных чинуш из Міносвіти. «Супермаркет» по выдаче дипломов затмил дух новаторства и свободомыслия, вбивая последний гвоздь в крышку гроба советской «образованщины». Естественно, студенты, выросшие в независимой Украине, все это прекрасно чувствуют. Поэтому в сложившейся ситуации винить нужно не только их. Проблема гораздо глубже. Знаю доподлинно, что в минувшие выходные в некоторых школьных дворах Харькова пылали костры, которым бы позавидовали фашистские идеологи. Так сжигали учебники прошлых лет без грифа МОН, чтобы, не дай Бог, их не обнаружила высокопоставленная столичная комиссия. Учителя погуманнее заставляли старшеклассников разобрать кипы книг по домам, пока не утихнет буря. Но, как по мне, самое страшное во всей этой истории другое. Ни один, я подчеркиваю, ни один директор или учитель полуторамиллионного города не отважился на камеру или на диктофон заявить об этом во всеуслышание. И оттого, что мы трусливо молчим наше завтра становится нашим вчера, а каждое новое поколение продолжает нести на себе печать потерянного
Связанные одной цепью
Спустя два года после ареста Юлия Тимошенко прощается с украинской пенитенциарной системой. Самая известная узница страны в ближайшее время уедет лечиться в Германию, и нет сомнений, что на Родину она вернется уже в совершенно другом статусе. В разные годы в харьковских казематах сидели патриарх Иосиф Слепой и революционер Артем (Сергеев), диссидент Мирослав Маринович и поэт Павел Грабовский, этнограф Борис Гринченко и публицист Иван Багряный. Последний, кстати, довольно подробно описал свои мытарства на нарах в романе «Сад Гефсиманский». Каждый из них, выйдя на свободу, сделал свои выводы из пребывания в заключении, но, однозначно, тюремный опыт кардинально повлиял на их дальнейшую судьбу. Как изменилась за это время Юлия Тимошенко, мы узнаем совсем скоро, а пока вспомним тех, кому камеры и застенки дали новый импульс для реализации своих планов. История знает немало случаев, когда «места не столь отдаленные» становились отправной точкой в жизни властителей дум. Трудно себе представить творческий путь Тараса Шевченко или Федора Достоевского без каторг и скитаний, Александра Солженицына или Льва Ландау без лагерного прошлого, Максима Рыльского или Иосифа Бродского без ссылок, Ивана Франко или Сергея Параджанова без арестов. Кумиры не одного поколения: Степан Бандера, Владимир Ульянов, Лех Валенса, Вацлав Гавел и многие другие политики ХХ века стали теми, кого мы знаем, во многом благодаря своему тюремному прошлому. Наверное, они вошли бы в историю, и не примеряя арестантские робы, но лишение свободы стало для большинства из них отправной точкой в продолжении начатой борьбы. После гонений и преследований у лидеров уже не было морального права отступать, а суровая правда жизни за решеткой делала их мужественнее и мудрее. В Украине осужденные, как минимум, трижды баллотировались на самый высокий пост страны. Но если политзаключенным Левку Лукьяненко и Вячеславу Черноволу не суждено было стать президентами, то дважды судимому за уголовные преступления Януковичу народ доверил держать булаву. Гордиться тут, естественно, нечем, но, между делом заметим, что это уникальный случай в новейшей мировой истории. Напомним, нынешней глава государства был осужден по ст. 141 ч. 2 УК УССР (грабеж, соединенный с насилием) и приговорен к 3 годам лишения свободы с отбытием наказания в трудовой колонии для несовершеннолетних. «Тюрьма делает человека более ответственным. Конечно, это человека травмирует, но закаляет и дает возможность задуматься над жизнью намного глубже, чем в том случае, когда ты этого не знаешь или к этому не прикасаешься», - однажды произнес четвертый президент Украины, и не верить ему в данном вопросе нет оснований. Хотя среди диктаторов были прецеденты и похлеще. Целых шесть «ходок» на счету Иосифа Сталина, и всего лишь однажды его «упрятали» за решетку по политической статье. Все остальные сроки он получил исключительно за разбой. В начале ХХ века молодой идеолог партии за отдельную плату устраивал на Кавказе форменные грабежи и налеты. Банда Джугашвили держала в страхе нефтяных магнатов в Баку. Будущий «вождь всех народов», конечно, не опускался до воровства шапок, а предпочитал играть по-крупному, грабя грузинские банки и казначейства. Апогеем бандитской деятельности Кобы стало нападение на пароход «Император Николай I». На его фоне даже Ленин выглядит не таким уж отпетым рецидивистом. Володю Ульянова арестовали в 25 лет. После 14 месяцев отсидки в тюрьме он был на 3 года сослан в село Шушенское Енисейской губернии, где обвенчался с Надеждой Крупской. Другой вождь, Адольф Гитлер сидел за решеткой всего месяц из трех положенных и успел за это время написать свою знаменитую книгу «Моя борьба». Причем в тюрьме фюрер содержался в весьма комфортных условиях, его камеру убирали другие зэки, а самому главарю нацистов было разрешено постоянно принимать посетителей. Из всех будущих правителей своих стран, пожалуй, больше всех, - целых 27 лет, - пробыл в заключении президент ЮАР Нельсон Мандела. Изначально ему дали «пожизненное» в одиночной камере, но под давлением мировой общественности все-таки выпустили. Не менее жестко реагировал Запад и католическая церковь в лице папы Иоанна Павла II на арест Леха Валенсы. Лидер «Солидарности» провел за решеткой 11 месяцев, а через почти десятилетие с лозунгом «Я не хочу, но должен» без проблем выиграл президентскую кампанию в Польше. Отпуская своих политических оппонентов на волю, любой правитель прекрасно понимает, что тем самым он очень сильно рискует. Наиболее яркий пример в истории на эту тему – Фидель Кастро, которому изначально дали по-максимуму. Коменданте на 15 лет упрятали в камеру-одиночку напротив тюремного морга без права читать или вести переписку. Однако через два года Кастро был освобожден по всеобщей амнистии и эмигрировал в Мексику. Именно там он с соратниками готовил знаменитую кубинскую революцию, впоследствии свергнувшую режим Батисты. Позже кубинский президент Фульхенсио Батиста-и-Сальдивар очень сожалел о содеянном, и неоднократно отдавал приказы тайной полиции уничтожить строптивого Фиделя. В свое время на нарах оказался и недавно умерший президент Венесуэлы Уго Чавес. Эксцентричный подполковник командовал армейскими колоннами, вышедшими с протестом против антинародного режима на улицы Каракаса. Повстанцы заявляли, что это мирная акция, они не планируют захват власти, а намерены всего лишь реформировать ее путем создания Учредительной Ассамблеи. На практике все оказалось иначе - протест перерос в массовые вооруженные столкновения. Когда в результате боев пролилась кровь, Чавес решил добровольно сдаться властям и призвал сторонников прекратить сопротивление. Всю ответственность за подготовку и организацию мятежа он благородно взял на себя. Срок впаяли ему солидный. Однако после 2 лет заключения тогдашний президент страны Рафаэль Кальдера помиловал повстанца, а уже через 4 года Уго Чавес законным образом победил на президентских выборах в Венесуэле. Это сейчас в стабильной и преуспевающей Южной Корее президент женщина, учившаяся одно время даже в духовной семинарии. А в 60-70 годы здесь правил генерал Пак Чон Хи, которого до сих пор некоторые корейцы склонны считать диктатором. По молодости он вступил в коммунистическую партию, хотя на тот момент состоял в рядах японской армии. Для настоящего самурая это был не просто позор, но и серьезное нарушение закона. Изменника родины, Пак Чон Хи арестовали и приговорили к смерти. Чтобы избежать казни он, ничуть не сомневаясь, выдал всех остальных членов ячейки и через некоторое время, благодаря «стукачеству», вышел на волю. Став оппозиционером, южно-корейский лидер, в конце концов, пришел через путч к власти, а затем после долгой политической карьеры был убит главой национальной разведки. Куда достойнее вели себя на нарах узницы режимов, которым позже было суждено стать главами своих держав. Первая женщина-президент африканской страны, нынешний лидер Либерии Элен Джонсон-Серлиф с честью вынесла тюремное заключение. Закончив Гарвард, она вернулась на родину, став преуспевающим министром финансов. Однако публичная критика военного режима обернулась для нее десятью годами тюрьмы. Правда, вскоре ее освободили и выгнали из страны. Став лидером оппозиции в экзиле, она сумела вернуть себе первенство в родной партии, а позже победить на президентских выборах. Два года назад темнокожая «железная леди» или «бигмама», как называют ее на родине, удостоилась Нобелевской премии мира. Не менее драматично сложилась судьба 34-го президента Чили, полиглотки Мишель Бачелет, которая с 2006 по 2010 годы правила этой южноамериканской страной. Продолжая дело отца, она оказалась в застенках в 22 года, будучи на тот момент еще студенткой медицинского факультета. В тюрьме Мишель и ее мать долго и жестоко били, добиваясь признания, что они помогали «банде Альенде» и работали у него связными. Однажды их заперли в подвале на пять суток без еды и питья. Лишь через год друзья отца сумели вызволить их из тюрьмы и переправить в Австралию. Еще один пример для подражания - премьер-министр Пакистана Беназир Бхутто. В своих мемуарах она вспоминает невыносимую жару в камере, от которой трескалась и слезала кожа. Тюрьма кишела огромными муравьями, пауками и мухами. Спрятаться от них можно было только под толстым вонючим одеялом. Но суровые условия содержания под стражей закалили характер Беназир. После освобождения она с головой ринулась в политику. Бхутто дважды становилась премьером, затем вынуждена была скитаться в эмиграции, терпеть всевозможные лишения и невзгоды, но ни на секунду не прекращала борьбу. Ее не пугало даже то, что Усама бин Ладен пообещал за ее голову награду в 10 млн. долларов. Смелая женщина боролась до конца, пока ее не подорвал террорист-смертник. Вековой народный опыт учит не зарекаться от сумы да от тюрьмы. Люди попадают за решетку в силу разных обстоятельств: по политическим мотивам и из-за собственной глупости, от необузданности пороков и по наклепу недругов, принося себя в жертву и убегая от реальности. Рыцарь духа Євген Сверстюк и боксер-насильник Майкл Тайсон, генерал Григоренко и рок-музыкант Джими Хендрикс, Эдуард Лимонов и Оззи Озборн, Лари Кинг и Мигель де Сервантес – все они столь разные и непохожие связаны одной невидимой цепью, олицетворением которой являются наручники и небо в клетку. Во все времена власть была слишком притягательна, чтобы рисковать ради нее свободой. Украинские реалии последних лет тоже дают повод говорить о политиках, переживших тюремный опыт. Если раньше лишь Андрей Шкиль, проведя год под арестом в следственных изоляторах МВД, прямо из заключения попал в парламент, то сегодня среди политической элиты разных партий есть люди, которым, волею судеб, пришлось побывать на нарах. Некоторым, по всей видимости, предстоит лишиться свободы уже после смены власти. Наверное, не все из них, как Юрий Луценко, смогут сказать, что самым тяжелым в тюрьме было невозможность послушать нормальную музыку, но то, что люди после заключения становятся другими, факт бесспорный. Конечно, до того момента, как Юлия Тимошенко сможет снова пройтись по главной улице Харькова, как это уже было три года назад, пройдет немало времени. Но что на самом деле она думает, как видит будущее, какими методами и средствами собирается действовать дальше, по всей видимости, мы скоро узнаем. Чтобы понять стала она милосерднее или обозлилась от пережитого, надо, как минимум, увидеть глаза и услышать ее голос. Во многом от двух сидевших в тюрьме лидеров страны зависит сейчас судьба 45 миллионной нации. К ним можно по-разному относиться и даже обоих ненавидеть, но если они сегодня не договорятся, то Украина утратит свой исторический шанс. А, значит, еще сотням людей придется сидеть за решеткой, отстаивая наше общее право на свободу
Квасной патриотизм
Сегодня уже всем очевидно, что прозападный курс Украины развяжет руки Кремлю по ужесточению давления на нашу страну. Можно не сомневаться, что после подписания соглашения об ассоциации с ЕС, помимо экономического прессинга, Россия еще больше усилит культурное и церковное воздействие на восточные регионы. Путин и патриарх Кирилл понимают, что политическую войну за Украину они уже проиграли, но битва за умы сейчас находится в самом разгаре. Не секрет, что почти треть украинских граждан выступают против евроинтеграции, а, значит, потенциально их еще можно агитировать за «русский мир». Вопрос только в том, как именно это делать? В стране, где Дальний Восток и Сибирь постепенно оккупируют китайцы, где постоянно дает о себе знать «пороховая бочка» Кавказа, а на Курбан Байрам приходит в Москве больше мусульман, чем православных на Пасху, нужна некая универсальная идеология. В России ее по большому счету сейчас нет, а то, что отработано столетиями, сводится лишь к поиску врагов: сначала внешних, а затем и внутри собственной державы. К первым давно уже причислены «тупая» Америка, «развращенная» Европа, непокорная Грузия. В последнее время поток негатива российских СМИ стал все больше перемещаться по направлению к Украине. С одной стороны, не надо строить иллюзий - после успеха на Вильнюсском саммите на первых порах экономике нашей страны даже с «Рошеном» придется несладко. Особенно если учесть, куда завели ее нынешние правители. Поэтому злорадство северных соседей, с фразами «теперь вы убедились к чему ведет западничество», будет захлестывать кремлевский агитпром. Если имперская истерия так довлеет над умами во время боксерского поединка, то можно себе только представить в каком свете покажут евроинтегрируемую Украину московские масс-медиа. А поскольку кабельное телевидение заточено преимущественно на российские каналы, то промывание мозгов коснется и наших сограждан. С другой стороны, в России все отчетливей прослеживается попытка вернуться к классической триаде «Православие. Самодержавие. Народность». Все, что не вписывается в эту концепцию, отодвигается куда-то подальше, на исторические задворки. Приведу несколько характерных примеров. Не так давно директор Пушкинского дома Н.Скатов в журнале «Русская литература» утверждал, что автор стихотворения «Прощай немытая Россия» вовсе не Лермонтов, а его коллеги научно доказывали, что произведение со словами «страна рабов, страна господ» является идеологической диверсией. В интеллектуальных кругах обеих российских столиц все чаще негативно упоминаются имена Салтыкова-Щедрина и Некрасова, критиковавших отечество. В Москве Чаадаева вообще уже заклеймили позором. Пушкина выгораживают, якобы, он по молодости связался с автором «Философических писем», которого потом признали в империи первым официальным сумасшедшим по политическим мотивам. Впрочем, Александру Сергеевичу за его эфиопские корни тоже досталось. Русская православная церковь недавно переиздала сказку «О попе и его работнике Балде» в подцензурной редакции Жуковского, где пушкинский поп заменен на купца. В некоторых изданиях Волошина не печатается его «Дом поэта» со словами - «За полтораста лет - с Екатерины - Мы вытоптали мусульманский рай...». Еще свежа в памяти история, как на Оренбургском ГТРК прошел сюжет, где Тараса Шевченко сравнили с Гитлером. Не удивлюсь, если на волне евроинтеграционных процессов скоро в антирусском духе станут обвинять Гоголя или Булгакова. Вслед за литературой в России сейчас идут нападки и на инакомыслящих в живописи. Так 27 августа 2013 года полотно Васнецова «Встреча Олега с кудесником» признано Ленинским районным судом города Кирова экстремистским. В картине суд увидел национальную, расовую и религиозную вражду. Было решено, что «она унижает национальное достоинство, пропагандирует исключительность, превосходство либо неполноценность граждан по признаку их отношения к религии, к национальной или расовой принадлежности». Пожалуй, самым показательным случаем нетерпимости стало недавнее обращение группы православных историков и общественных деятелей убрать из Третьяковской галереи картину Репина «Иван Грозный убивает своего сына». По их мнению, картина вместе с рядом других полотен галереи клевещет на русский народ, русское государство и русских благочестивых царей и цариц. Как утверждают ревнители старины, современной наукой, якобы доказано, что Грозный своего сына не убивал, и все это лишь слухи, чтобы оклеветать добропорядочного Ивана Васильевича. В письме к министру культуры РФ ученые даже вспомнили о «пренебрежении художника к русским православным традициям» и о том, что «сам Репин не скрывал, что его картина направлена против самодержавной монархии, то есть против русского государства». Припомнив художнику все его грехи, авторы идеи предложили в письме поставить памятник Ивану Грозному и поблагодарить русских царей. Что же касается украинского Репина, то, по их мнению, он уже получил свое «божье наказание»: у него отсохла правая рука, и он не мог не только писать картины, «но и перекреститься». Один из лидеров «Митьков» Дмитрий Шагин поиронизировав, предложил противникам «сыноубийства» Репина обратить внимание на другие известные работы художников. В качестве примера он привел картину «Запорожцы пишут письмо турецкому султану», назвав ее «неполиткорректной». «В том письме, как говорят, были нецензурные слова, - пояснил лидер «Митьков». - Кроме того у Николая Ге есть картина «Петр Первый допрашивает царевича в Петергофе». Дальнейшая судьба царевича известна». Шагин также обратил внимание на творчество передвижников, отметив в их работах «сплошное оскорбление чувств верующих». «Возьмите хоть «Крестный ход в Курской губернии» того же Репина или картину Перова «Чаепитие в Мытищах», - постебался "митёк". Замечу, что за всем этим мракобесием стоят не какие-то маргиналы, а весьма авторитетные люди. Так, например, против Репина поставил свою подпись профессор СПбГУ, экс-декан истфака Игорь Фроянов. Голодомор, как геноцид в Украине, среди ведущих российских историков вообще признают единицы. Уже более 20 лет у наших северных соседей идет кампания за канонизацию Ивана Грозного. Активным ее пропагандистом является известный бард Вероника Долина. В некоторых храмах висят даже иконы «Великий игумен Всея Руси». И хотя официально РПЦ всячески противится прославлению Ивана IV, но предыдущий патриарх тоже высказывался, что не будет никакой канонизации Николая II, а потом она все-таки состоялась. За нашего земляка Илью Репина особенно обидно, поскольку в 1913 году его картина «Иван Грозный и его сын Иван 16 ноября 1581 года» уже однажды пострадала от ножа старообрядца Абрама Балашова. Тогда он нанес три удара лезвием по лицам изображенных, выкрикивая «Довольно крови! Долой кровь!». Лица художнику пришлось воссоздавать фактически заново. Хранитель Третьяковской галереи Хруслов, узнав о порче картины, бросился под поезд, а сам Балашов, по распоряжению царя, был помещен в сумасшедший дом. Кстати, после этого Максимилиан Волошин встал на защиту вандала, за что был подвергнут общественной обструкции. «Моя публичная лекция о Репине вызывает против меня такую газетную травлю, что все редакции для моих статей закрываются, а книжные магазины объявляют бойкот моим книгам», - писал сто лет назад Волошин. За 28 лет до вышеописанных событий к Александру III с письмом обратился Победоносцев. Он утверждал, что ему приходят возмущенные письма граждан, требующие убрать антиправительственное полотно. Царь послушался обер-прокурора Святейшего Синода и на три месяца наложил цензурный запрет. Лишь благодаря мужеству Третьякова, который лично посетил мастерскую Репина и приобрел картину, мы имеем возможность лицезреть это произведение искусства. Аналогичная ситуация произошла с полотном Перова «Сельский крестный ход на Пасху». Ее тоже считали клеветнической по отношению к русскому народу и духовенству. Весь этот историко-культурологический экскурс я привожу лишь для того, чтобы показать, что Россия уже переживала подобные настроения. Чем все это закончилось через несколько лет, мы тоже хорошо знаем. Идеология путинского самодержавия может базироваться исключительно на православии гундяевского образца и квасном патриотизме всевозможных «русских витязей», монархистов-державников и почвенников-славянофилов. Иных альтернатив у кремлевской пропаганды, к счастью для нас, сегодня просто нет. Опорой для России в период безыдейного секулярного общества эпохи Твиттера способна стать только патриотическая платформа. При дефиците общественного согласия, социальных перспектив и общей социальной пассивности она всегда становилась палочкой-выручалочкой для поборников Святой Руси. Заметим, к слову, совершенно ментально чуждой сегодня для подавляющего большинства наших сограждан. Однако, если ей и дальше противопоставлять примитивный украинский национализм, то разговоры о евразийской мечте будут вестись еще долго. Пока евроинтеграция у нас большей частью идет не изнутри, как это было в Прибалтике или Польше, а в пику имперским замашкам России. Чем больше они беснуются, запрещают и вставляют палки в колеса, тем ощутимее проукраинские настроения в обществе. Но в этом смысле отечественный квазипатриотизм может оказаться ничем не лучше соседского. И когда после Вильнюсского саммита Россия перекроет нам все что только можно, ЕС начнет диктовать свои условия, а романтические желания не совпадут с реальными возможностями страны, то есть опасность, что квасные патриоты разочаруются в цивилизационном выборе Украины. Тогда начнется дискредитация самой идеи евроинтеграции, возникнут геополитические «противсихи» и у Кремля снова появится шанс втянуть нас в свою орбиту. Однако, на сей раз вырваться из «братских объятий» будет уже куда сложнее, чем прежде, и историческую миссию «Геть от Москвы!» придется переносить еще на одно поколение
Колесо історії
«Що ви тут казали про нашу дійсність - це з великим задоволенням передрукував би фашист Донцов у своєму «Літературному віснику», бо так могла говорити людина, яка з фашистських позицій розглядає наше сьогодення. Ви подумайте над цим, Лесь Курбас. Справа не в тому що вас хтось називав фашистом, а те, що ви тут говорили». Цією промовою заступника народного комісара освіти А.Хвиля закінчувалась одна з найганебніших сторінок харківської історії. 5 жовтня 1933 року керівника театру «Березіль» Леся Курбаса звинуватили у націоналізмі, позбавили всіх посад, а на наступний день він змушений був назавжди залишити «першу столицю». Події восьмидесятирічної давнини стали визначальними в долі видатного українського режисера. Через декілька місяців Курбаса арештували, тривалий час тримали в Соловецькому таборі, а восени 1937 року, на честь святкування ювілею жовтневого заколоту, разом з Кулішем, Підмогильним, Зеровим, Филиповичем та іншими видатними діячами вітчизняної культури, розстріляли. У перші дні листопада 1937-го було знищено майже 300 «українських націоналістів» - письменників, журналістів, професорів, лікарів, фінансистів, учителів – вся справжня еліта того часу. «Митець завжди повинен бути в опозиції до влади», - любив повторювати Курбас, який став однією із перших жертв нової хвилі більшовицького терору серед мистецької інтелігенції. В тогочасній Україні вона проходила під модними нині гаслами звинувачення у фашизмі та буржуазному націоналізмі. Цікаво погортати сторінки періодичних видань тієї доби. «Довгий час у Харківському обласному відділі наросвіти орудувала буржуазно-націоналістична погань», – повідомлялося в одній із статей газети «Вісті». - Внаслідок цього чимало шкіл Харкова і області були засмічені колишніми петлюрівцями, есерами, боротьбистами, меншовиками, цим живильним середовищем для фашистських шпигунів». Сучасники оповідають про випадки, коли звичайних шкільних вчителів заарештовували за звинуваченням у причетності до фашистської пропаганди, посилаючись на те, що начебто вони змушували учнів малювати свастику. У шельмуванні української мистецької й наукової інтелігенції особливо відзначився заступник наркома освіти, така собі «червона людина» при тодішній владі Андрій Хвиля. В 1930 році він написав програмну працю «Трубадури українського фашизму», яку з більшовицькою ненавистю втілював у життя за часи правління Постишева. «Українські фашисти Єфремов, Донцов, Шаповал, Коновалець, Левицький, митрополит Шептицький … бачили в Шумському й Хвильовому своїх шпигунів-союзників», – писав в 1934 році товариш Хвиля, руками якого було знищено Курбаса. Романтична доба для покоління, яке згодом назвуть «Розстріляним Відродженням», закінчилась 13 травням 1933 року. Залишивши на столі записку: «Арешт Ялового вважаю розстрілом усієї нашої генерації. Хай живе Комуністична партія!» пострілом у скроню наклав на себе руки Микола Хвильовий. Два місяці по тому Україна вражена була ще одним пострілом – скоротив собі життя нарком освіти, один із провідників українізації Микола Скрипник. Голодомор на той момент вже знищив мільйони наших співвітчизників, країна перебувала на межі суспільної депресії, почуття страху та агресії панували в умах громадян. Але столичний Харків намагався випромінювати оптимізм. У театрах в переповнених залах шли вистави для пролетаріату. Паровозоремонтний завод утримував «Березіль». Влада вимагала від трупи втілення сталінських принципів «жити стало краще, жити стало веселіше». Втім, Курбас продовжував свої новаторські пошуки. Його театральна естетика абсолютно не сприймала прийоми української побутової шароварщини, протиставляючи їм метафоричність, гостроту та філософську спрямованість постановок. Це була особлива карнавальна умовність, що поєднувала елементи балагана, лубка, гротеску з високою психологічною достовірністю акторського виконання. Більшовицька влада, яка бачила світ виключно в чорно-білих кольорах, не сприймала багатогранність курбасівського таланту. Адже він одночасно був театральним режисером, актором, танцюристом-балетмейстером, піаністом, кінорежисером (напевно, одним з фундаторів серйозного українського кіно), блискучим педагогом, літератором, мистецтвознавцем, філософом театру. Його модернізм, витонченість і глибина дратувала партійних «швондерів». Готуючи влітку1933 свою останню харківську постановку - соціально-психологічну драму «Маклена Граса», - він вочевидь розумів, що підписує собі вирок. Напередодні прем’єри Курбаса запросив до себе новий керманич України Постишев, якому, незважаючи на рішення суду про його злочини під час Голодомору, і досі бовваніє у Харкові пам’ятник. «Олександре Степановичу! Ви єдиний режисер у нашій країні, здатний створити театр, гідний нашої епохи! Однак для того, щоб доручити вам таке завдання й створити біля вас найсприятливіші умови - вам треба переглянути і усвідомити весь свій пройдений творчий шлях і зректися його; засудити політично-літературну діяльність Миколи Хвильового та ВАПЛіте. Те саме зробити з діяльністю М. Скрипника; і - що найважливіше - вам треба «зарядитися» ентузіазмом до нашої історичної епохи, до нашої дійсності. Нарешті, вам треба звернути сугубу увагу на кадри вашого творчого складу. Ось гляньте, тут на столі лежить товста книга в чорній оправі! Це свідчення злочинців, які сидять у камерах ҐПУ... там чимало згадується й про декого з ваших акторів», - без натяків говорив Постишев. «Я старий солдат сцени, мені вже пізно міняти переконання, - відповів Курбас. - А якщо ви справді хочете зрозуміти, що таке істинний реалізм, приходьте на «Маклену Грасу». Щодо відсутності ентузіазму до нашої дійсності, то, Павле Петровичу, ось уже чотири дні, йдучи до свого театру, я проходжу повз труп жінки, яка померла з голоду... Її ніхто не прибирає. Такі картини не настроюють на ентузіазм». - «Шкода, - сказав Постишев. - Мені вас жаль». - «Мені вас теж», - похмуро відрізав режисер. Обом залишалося жити недовго. Постишева розстріляли майже через рік після Курбаса… Але в ту холодну осінь, повернувшись від ЦК, керівник «Березолю» запросив до себе провідних акторів театру на вечерю, яка, по суті, виявилась прощальною. «Через два дні - перегляд, можливо, нашої останньої спільної роботи. Мене може серед вас уже не бути. Тому я просив би вас продумати, до чого ми прагнули, якою була наша мета. Щоб ви пізніше мені не дорікали. Я хотів лише одного: побудувати разом з вами театр». Здача вистави відбувалась в умовах мало не військових. Площу перед театром було оточено кордонами ГПУ, сексоти сиділи поруч з акторами в гримувальнях, - чекали високих гостей. Незабаром приїхали Косіор, Затонський, Любченко, шеф ГПУ Балицький, апаратники всіх рангів і звань. Пресу пускали вибірково, звісно тільки перевірених кадрів. Ось як описує ті події актор Йосип Гірняк: «У моїй кімнаті сидів агент тієї установи. Коли я переступив поріг, він, не говорячи ні слова, почав обшукувати мої кишені. Не знайшовши для себе нічого цікавого, сказав, що можу готуватися до вистави. Сівши за свій стіл, я помітив, що приладдя для гриму були порозкидані, скриньки повідкривані, хоч ключі були при мені. Агент на моїй відпочинковій канапі докурював цигарку. Я був переконаний, що мене вже заарештовано. Прихід костюмера та перукаря нагадав, що я мушу готуватися до виступу на сцені, що за годину мусить початися прилюдна вистава «Маклени Ґраси». Очевидці пригадують, що перегляд відбувався в похмурому мовчанні залу. Обговорення не вийшло. На свій страх і ризик Курбас призначив наступного дня, 24 вересня, прем’єру. Вона пройшла тріумфально. Це було розцінено як «вилазка ворожих соціалізму сил». Після п’яти-семи показів драму Куліша «Маклену Грасу» заборонили. Утім, попри надто коротке «життя», остання «березільська» вистава Курбаса не тільки лишилася в пам’яті сучасників завдяки своїй художній довершеності, а й стала підсумком майже двадцяти років естетичних пошуків її постановника. Вона виявилась одним з останніх маніфестів «покоління повноцінних людей на Україні», проводирями якого Юрій Шерех (той самий, пам’ятну дошку якому варварські знищили у Харкові) назвав, окрім М. Куліша та Л. Курбаса, ще В. Підмогильного, Ю. Яновського, М. Хвильового, з сумом констатувавши, що «всі діла й дні цього покоління були перерізані й спалені». Ганебний процес вигнання Курбаса із Харкова вів вже згадуваний вище Хвиля. У 1938-му його теж розстріляють як «ворога народу». Але тоді він почував себе всесильним. Засідання розпочалося погрозами: «Той з акторів «Березоля», хто піде за гаслом Курбаса, - ворог нашої дійсності». За спогадами очевидців, сам режисер сидів блідий, стиснувши зуби, щоб не закричати. Його підтримали лише троє колег: корифей українського театру Іван Мар’яненко, молодий актор Роман Черкашин та режисер Борис Балабан. Проте їх виступи вже не могли вплинути на хід подій: рішення колегії було заздалегідь роздруковане і роздане всім її членам, а перед цим - набране в газеті. Курбас, як міг захищався, а наприкінці розправи, (про що навіть не згадується в стенограмі процесу), покинув зал засідань. Ось фрагмент одного із його виступів 80 років назад. «Справа в тому, що тут склока, дрібна розправа, а не думка громадськості. Тут навіть сказано, що я приховав від ДПУ справу про Хвильового. Мене називали бездарністю, неосвіченим, шкідником, я прийняв це мовчки. Коли б промовці відповідали за свої слова, то вони б спочатку перевірили. Мене обвинувачують у тому, що я провадив підпільну роботу, що я фашист. Якби радянська влада так вважала, то я сидів би в іншому місці». Збіговисько дуже нагадувало Синедріон. «Чому на Україні важко виховувати культуру? – задався питанням Курбас і сам на нього відповів. «Царат залишив гниючу народну масу. І лише радянська влада і революція має змогу з міщанської культури робити пролетарську культуру. Вона відкинула стару культуру і робить нову», - намагався пояснити свою думку керівник «Березоля». Але після фрази «гниюча народна маса» слухати режисера вже ніхто не став. Хвиля підсумував дебати: «так могла говорити людина, яка з фашистських позицій розглядає наше сьогодні. Ви подумайте над цим, Лесь Курбас. Справа не в тому що вас хтось називав фашистом, а справа в тому, що ви говорили». Актор Мар’яненко намагався заступитися за свого режисера. Лесь Курбас тут же звернувся до нього: «Іване Олександровичу! Ви справді, тут між нами присутніми - віком найстарша людина! Але вибачте; ви сивоголова дитина! Ви нічого не розумієте... До кого ви це говорите? До тих інтриганів, що зібралися, щоб наді мною тут суд чинити? Щоб тут же розправитися зі мною? Хто вони такі? Яким правом вони сміють говорити тут від імені пролетаріату? Оці пристосуванці - кар’єристи, кон’юнктурники та графомани». Наступним вечором Курбас назавжди залишив Харків, щоб через десятиріччя повернутися до нього меморіальною дошкою, театральним фестивалем, символічним пам’ятником. До речі, в минулому році, за місяць до ювілею Леся Курбаса, невідомі пошкодили барельєф на надгробному пам'ятнику режисерові на міському цвинтарі №13. Як і з вандалами, що знищили дошку Шевельову, винні й досі не покарані. Втім таблички з прізвищами Постишева, Косіора, Петровського і надалі «прикрашають» вулиці «першої столиці», обертаючи колесо історії назад
1 23 4 5 6 7 8 9 10

Сегодня
13 октября 2019
больше новостей
новости партнеров
delta = Array ( )