политика

Мнение: Kyiv vs Kiev

23 октября 2019
20:55
1280
Поделиться:

Большинство осени-2019 Украина не сходила с международных заголовков в связи с процедурой импичмента Трампа и надеждой на прогресс в украинско-российских мирных переговорах. Этот всплеск внимания СМИ помог оживить интерес ко всему украинскому, что принесло разные результаты.

Многие журналисты очевидно имели проблемы с осмыслением византийской политической трясины Украины, в то время как другие видели формулу Штайнмайера крайне не немецкой в силу ее впечатляющей неточности, что привело к привычному длинному перечню плохих идей и откровенной лжи.

Впрочем, в то же время редакторы некоторых крупнейших мировых медиа решили, что это правильное время, чтобы обновить свои пособия по стилистике. Недавно многочисленные глобальные тяжеловесы медиаиндустрии переняли происходящее от украинского языка написание слова Kyiv за официальное написание столицы страны, заменив закоренелое Kiev, произошедшее из русского. Эта тенденция началась в конце августа с Associated Press. А затем последовали the Wall Street Journal, the Washington Post, the Telegraph и ВВС.

Такая активная украинизация написания — не единственный ответ на внезапную актуальность Киева. Это последний раздел в долгосрочной кампании по обеспечению признания украиноязычных версий украинских топонимов, и это часть более широкого постсоветского движения за отстаивание идентичности независимой Украины.

Усилия не всегда завершались успехом. Например, украинская власть впервые приняла название Kyiv как официальное англоязычное написание еще в середине 1990-х, однако за пределами рафинированного мира дипломатического протокола большинство членов международного сообщества просто не обратили на это внимание, и продолжили писать привычное для них Kiev.

Этот неутешительный ответ был симптомом невежества и равнодушия, что формировало внешнее отношение к украинской государственности в первые десятилетия независимости страны. На самом деле, до начала российско-украинской войны многие люди не могли понять, к чему вообще весь этот шум, и, как правило, уклонялись от призывов принять украинское написание, принимая это за глупости националистической окраины.

Другие видели в этом высокомерие со стороны Украины. Несколько несправедливо спрашивалось, а почему нет такого же крика, чтобы переименовать Moscow в Moskva, или Rome в Roma, игнорируя очевидные имперские навязывания, очевидны в случае с Украиной, и заметно отсутствующие в других англиканизированных европейских топонимах. Куда более целесообразным выглядело бы сравнение с постколониальными изменениями наименований в Азии, вот как переход от Цейлона к Шри-Ланке или Бомбея к Мумбаи. Впрочем, мало кто считал, что украинские постимперские настроения заслуживают такого же рассмотрения.

Все изменилось с вторжением российского президента Владимира Путина в Украину. Неслучайно международное отношение к дебатам Kyiv vs Kiev пережило радикальную трансформацию со времен 2014-го. Как и многие другие аспекты украинской политики идентичности, атака России электризовала эту тему, наполнив ее полностью новым значением для внутренней аудитории, и побудила внешний мир еще раз задуматься. После того как российские танки припарковались возле Донбасса, а московские пропагандисты вспоминали Украину как историческую случайность, продолжать принимать русскоязычную транслитерацию для украинских городков и городов стало не только абсурдным, но и гротескным.

Как результат, ручеек институтов и медиа, которые к 2014 году переняли написание Kyiv, превратился в наводнение. В дополнение к международной прессе, список тех, кто изменил свое отношение после 2014 года, пополнился десятками авиакомпаний и аэропортов, многочисленными академическими словарями и учебниками, а также чрезвычайно влиятельным Советом США по географическим названиям. Украинская кампания #KyivNotKiev не обязательно продолжится и в дальнейшем, и возможно мы наконец достигли переломного момента. Kyiv стало стандартным написанием для большинства англоязычного мира, в то время как те, кто цепляется за Kiev, рискуют столкнуться с обвинениями в устаревшем мышлении.

Не все приветствуют триумф украинской транслитерации. Критики давно стояли на том, что все эти украинские игры с наименованиями после провозглашения независимости являются не более чем популистской показухой, отвлекающей от более насущных задач по борьбе с коррупцией и построению функционирующей экономики. Изменением названий украинских улиц, поселков и городов стол не накрыть, говорят они. Этот хлебно-масляный подход понятен как для общества, остающегося одним из самых бедных в Европе, и он упускает из виду один немаловажный момент.

Чтобы понять ценность дискуссии Kyiv vs Kiev, нужно прежде всего отступить и посмотреть на нее сквозь призму глубоко укорененного кризиса национальной идентичности, вызванного веками царской и советской русификации. Российские лидеры веками стремились затянуть Украину в национальное сердце своей страны, используя культурную близость двух наций, чтобы покорить и интегрировать исторически украинские земли к югу. Изменения политических и идеологических соображений имели небольшое влияние на эти комплексные имперские цели, поскольку цари и комиссары все равно рассматривали угнетение украинской идентичности приоритетом своей национальной безопасности.

Инструменты и тактика, применявшиеся для этой цели, отражали серьезные масштабы деятельности. Чего только не испытывали поколения украинцев — от насильственного голода и массовых депортаций до образовательного апартеида и языковых запретов, а само население волна за волной смешивалось и перемещалось, изменяя демографическую картину своей страны. Между тем историю переписывали, а неудобные хроники — уничтожали. Ни один документ не отражает российское отрицание украинской идентичности так, как Валуевский циркуляр 1863 года. Царский указ, запрещающий публикации на украинском языке, деловито постановляет: «Отдельного украинского языка никогда не существовало, не существует и не может существовать».

Эта неумолимая русификация сумела лишить Украину ее независимой идентичности как внутри страны, так и за рубежом. Неся ответственность за сложные региональные противоречия сегодняшнего украинского народа, русификация лежит в основе постоянной международной неопределенности страны. И при этом еще не отправлена на свалку истории. Даже сейчас Путин продолжает провозглашать россиян и украинцев «одним народом» (то есть русскими), в то время как его прокси на оккупированном востоке Украины называют украинцев предателями и призывают всю страну получить российский протекторат.

На этом фоне просьба Украины к внешнему миру использовать украинскую транслитерацию выглядит отнюдь не мелочью. Наоборот, это призыв к символической поддержке того, что является одной из последних великих битв за независимость в мировой истории. Украинское путешествие по дороге национального самоутверждения далеки от завершения, и установка украинских наименований для украинских мест — это серьезный первый шаг на долгом пути к выздоровлению. Нынешнее перенимание международными медиа желательного написания Kyiv может показаться несущественным, однако олицетворяет весомый вклад в этот процесс.

Питер Дикинсон

Научный сотрудник Atlantic Council, издатель журналов Business Ukraine и Lviv Today

Источник: НВ

Если вы заметили орфографическую ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter




Сегодня
больше новостей
новости партнеров
delta = Array ( [1] => 0.0092229843139648 [2] => 0.13873291015625 )