культура

Мать известного писателя Джонатана Сафрана Фоера выпустила воспоминания о Холокосте, связанные с Украиной

22 мая 2020
20:33
1198
Поделиться:

В своих мемуарах Эстер Сафран Фоер - мать американского писателя Джонатана Сафрана Фоера - подробно описывает свое рождение в лагере для перемещенных лиц, путешествие обратно в Украину и то, как в зрелом возрасте она узнала, что у нее была сестра, которая погибла.

Напомним, Джонатан Сафран Фоер - автор популярных в мире книг «Полная иллюминация» (англ. Everything is Illuminated, экранизирован в 2005 году Левом Шрайбером), «Жутко громко и запредельно близко» (англ. Extremely Loud and Incredibly Close, права на экранизацию куплены фирмой «Уорнер Бразерс», одноимённый фильм в постановке Стивена Долдри вышел в 2012 году), «Поедание животных, или Мясо» (англ. Eating Animals), «Дерево кодов» (роман-гипертекст), «Вот я» (роман). «Полная иллюминация», рассказывает о путешествии литературного двойника самого автора в украинскую глубинку. За эту книгу молодого автора удостоили награды от издательства Guardian и премии «Национальная Еврейская Книга». Первый роман Фоера связан с событиями Холокоста, второй — с 11 сентября. Оба они получили высокую оценку критики и известных писателей.

Будучи пережившим Холокост ребенком, Фоер рассказывает, что она выросла в окружении призраков родственников, о которых практически ничего не было известно. Но, как Фоер пишет в своей книге I Want You to Know We’re Still Here («Хочу, чтобы вы знали, что мы все еще здесь»), лишь на четвертом десятке она обнаружила новое приведение — сестру, о существовании которой даже не подозревала. Это открытие не только определило ее последующую жизнь, но и заставило отправиться за подробностями в Украину.

Несмотря на то что история посвящена Холокосту, в память событий, произошедших в ее семье впоследствии, Эстер Сафран Фоер называет свою книгу мемуарами о времени после Холокоста. Помимо истории выживания, книга также рассказывает о важности сохранения исторической памяти.

«Я посвящаю эту книгу своим родителям и предкам, а также шести внукам и их потомкам, — сообщила Сафран Фоер Times of Israel в телефонном разговоре из своего дома в Вашингтоне. — Если бы я не записала эту историю, она была бы утрачена.

Фоер, проработавшая большую часть своей жизни в сфере связей с общественностью, описывает свою профессиональную жизнь как постоянное рассказывание историй других людей. В течение почти десяти лет, с момента основания в 2004 году, она была исполнительным директором вашингтонской синагоги и культурного института Sixth & I. Фоер пришлось оставить этот пост на время написания книги. К началу написания книги она уже была бабушкой и чувствовала себя готовой углубиться в прошлое.

«Думаю, я так или иначе должна была проделать этот путь прежде чем решиться оглянуться назад», — делится Фоер.

Эстер Сафран Фоер родилась в польском городе Лодзь в 1946 году, а в 1949 году из лагеря для перемещенных лиц в Германии переехала в США. Эстер, названная в честь двух своих покойных бабушек, рассказывает, что она подсознательно понимала, что ее роль в семье — приносить радость.

«Не могу сказать, что я чувствовала давление, но определенно было что-то, что всегда висело надо мной. Нередко дети переживших Холокост думают: "Как я могу создавать проблемы после всего, через что прошли мои родители?"» — говорит она.

Оба родителя Фоер неохотно рассказывали о своем прошлом, что, по ее словам, встречается довольно часто. «Оставляя прошлое позади, они пытались двигаться дальше», — считает она.

Однажды мать Фоер вскользь упомянула, что ее отец был в гетто со своей женой и дочерью, и обе они были убиты нацистами, когда отец находился на принудительной работе. Эстер была ошеломлена: впервые она слышала, что у ее отца была другая семья. При этом она твердо уверена, что ее мать не пыталась скрыть это от дочери.

«Она разговаривала со мной, и это ненароком сорвалось с языка. Не думаю, что это было ее осознанное решение. Когда она что-то скрывала от меня, она делала это, чтобы не причинить мне боль», — говорит Фоер.

В 1954 году, когда Эстер было всего восемь лет, ее отец покончил с собой. Этот случай вызвал еще большую невыраженную боль в семье.

«Возник целый мир, к которому мы не могли даже прикоснуться. Было проще расспросить мою мать о ее матери, чем о моем собственном отце. Я просто знала, что это территория, границы которой нельзя перешагнуть», — признается Эстер.

Фоер уверена, что пережитое отцом в годы Холокоста стало одним из факторов, способствовавших самоубийству. Кроме того, они жили в то время, когда психическое здоровье не обсуждалось. «Сегодня, к счастью, такие вещи больше не держат в секрете», — говорит писательница.

В своих мемуарах Фоер называет память своего рода навязчивой идеей в ее семье. По описаниям писательницы, ее домашний кабинет переполнен фотографиями, документами и картами, некоторые из которых находятся в аккуратно помеченных коробках, а другие сложены в стопки.

Воспоминания и частицы личной истории собраны и хранятся в множестве банок и мешочков. Так, земля, собранная в родном штетле ее матери (поселок Колки в Украине), хранится в банке на каминной полке ее гостиной рядом с щебнем варшавского гетто, а в мешке лежит плитка, найденная в древней турецкой синагоге.

Роман Джонатана Сафрана Фоера «Полная иллюминация», опубликованный в 2002 году, в некоторой степени основан на деталях, известных семье. Выдуманная история о штетле Трохимброд (Софиевка) в Украине, где родился дед Джонатана, Луи Сафран, а также снятый по книге фильм вызвали интерес к местечку, из которого происходит семья Фоер.

Однако некоторые члены небольшой, но активной диаспоры Трохимброда (потомки проживавших в штетле семей) раскритиковали то, как Джонатан Сафран Фоер запечатлел селение. «Люди защищают память о своей родине. Описание еврейского местечка в романе — не совсем то, что они хотели увидеть. И я это прекрасно понимаю», — говорит Эстер Сафран Фоер.

Поначалу Эстер не хотела отвечать на звонки с критикой, но в конце концов ее собственное любопытство победило. «Я стала все больше и больше общаться [с людьми, связанными с поселением] и начала собирать частицы информации [о моем отце] в одну картину», — говорит она.

В книге Фоер упомянуто головокружительное и порой сбивающее с толку количество родственников и других людей, с которыми писательница связалась в рамках своего исследования, которое привело ее в Бразилию, Израиль и, наконец, в Украину. Вооружившись маленькой выцветшей черно-белой фотографией двух мужчин и двух женщин, которую хранила ее мать, Фоер вместе с сыном Фрэнком отправилась на поиски семьи, скрывшей ее отца от нацистов, а также информации о своей сестре.

«Я не надеялась ничего раскопать. Многие говорили мне: просто будь благодарна за то, что ты можешь ходить по дорогам и дышать воздухом мест, из которых твоя семья родом. И отчасти я была готова к этому», — рассказывает она.

Фоер определенно не была готова все-таки обнаружить семью, приютившую ее отца, и узнать имена людей на фотографии.

«Помню, как сидела рядом с Фрэнком и все время спрашивала: "Неужели это все правда?" И, как я уже написала в книге, он отвечал: "На сто десять процентов". Если бы я была там одна, не уверена, что смогла бы в это поверить», — делится Фоер.

Она также узнала имя своей покойной сестры (Ася), которое Фоер впоследствии занесла в базу данных мемориала «Яд Вашем». В духе еврейской преемственности и традиции второе имя младшей внучки Фоер — Ася.

Фоер понимает, что она, возможно, никогда не узнает всей правды о своем отце, но считает, что нашла все, что ей было нужно. Ее расследование продолжается, и представители преданного идее сообщества выходцев из Трохимброда все еще связываются с писательницей, когда появляется новая информация. Посвятив много лет упорной работе над мемуарами, Фоер рассказывает о чувстве освобождения после окончания книги: «Я очень рада тому, что мне удалось записать эту историю. Написанное помогло мне разобраться в прошлом моей семьи».

Мать известного писателя, Эстер Сафран Фоер признает, что процесс работы над книгой был немного нервным, главным образом потому, что она не считала себя профессиональным литератором.

По ее словам, решение показать своим сыновьям рукопись не далось ей легко: «Думаю, у меня было что-то вроде боязни осуждения. Кроме того, я знала, что должна иметь свой собственный голос, чтобы рассказать эту историю. Для меня это не просто книга. Это то, что я должна была сделать для себя, для своей семьи».

Эстер Сафран Фоер

Семья Эстер сегодня

Этель, мать Эстер (крайняя слева), с бабушкой, братом и сестрой

Родители Эстер в день свадьбы

Перевод: stmegi

Теги: Холокост

Если вы заметили орфографическую ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Хотите первыми узнавать о главных событиях в Украине - подписывайтесь на наш Telegram-канал



Подтверждено:  
25 963 
+553
Болеет:  
13 829 
+208
Выздоровело:  
11 372 
+330
Умерло:  
762 
+15

Сегодня
5 июня 2020
больше новостей
новости партнеров
delta = Array ( [1] => 0.0013048648834229 [2] => 0.12818288803101 )