общество

Кто в "ЛНР" ждет возвращения Украины

25 января 2021
18:29
1893
Поделиться:

Рассказ о жизни на территории сепаратистов

Светлана из Луганска (имя изменено - Ред.) согласилась на разговор с DW лишь на условиях полной анонимности - без указания ее настоящего имени и данных, с помощью которых ее можно было бы узнать. Подобная осторожность вовсе не лишняя: в "республиках" Донбасса, где власть в 2014 году захватили подконтрольные России группировки, даже обычное общение с журналистами иностранных СМИ может быть расценено как госизмена или шпионаж.

В условиях, когда попасть в "ЛНР" и "ДНР" практически невозможно ни украинским, ни западным журналистам, субъективные рассказы таких людей, как Светлана - одна из немногих возможностей узнать о реальной жизни в "народных республиках" Донбасса, где почти семь лет действует комендантский час, а выражение "спустить в подвал" стало устойчивым.

DW: Светлана, в Луганске кто-то сейчас говорит по-украински?

Светлана: В городе еще есть те, кто говорит на, но это в основном пожилые люди. В школьной программе украинского языка не осталось. Есть лишь возможность факультатива. Его могут назначить "нулевым уроком" на 7 часов утра, который длится 15-20 минут. Дети сами говорят: чем так изучать украинский язык, лучше уж совсем не учить его в школе, а найти репетитора - можно договориться с учителями, которые раньше преподавали украинский язык. Дочка сейчас сама украинский учит. Сказала, что это лучше, чем так халатно относиться к языку и унижать его. Из тридцати детей в классе в вузы Украины (на контролируемой Киевом территории. - Ред.). планирует поступать примерно треть. Остальные - в Луганске или в России.

- А что стало с учителями украинского языка?

- Многие из них теперь преподают русский. Одна бывшая учительница украинского языка до сих пор говорит: "По-украински это будет так-то и так-то, дети, - чтобы вы знали". Она очень любит свой предмет и этого не скрывает. Но для того, чтобы жить, ей пришлось пройти курсы и преподавать русский. Понятно, такие люди не говорят об этом открыто, но мы-то знаем, кто есть кто. Но такие не все - есть преподаватели, которые получили российские паспорта.

- Как военные действия отразились на детях?

- В 2014 году над домом летали снаряды, когда Станицу Луганскую бомбили, дом ходуном ходил. Но, слава Богу, нас не зацепило. С тех пор мы ненавидим салют, дочка до сих пугается, а ведь до войны это была радость. Все это отразилось на психике детей. Это уже не дети - они еще в начальной школе научились, с кем можно общаться, а с кем нет. У нас была ситуация в классе, когда учительница предупредила: "Смотрите, осторожно, не все можно говорить, у нас в классе есть разные дети и, к сожалению, таких как вы - мало". А раньше был очень сплоченный класс.

Мы не ходили на "референдум", даже мысли такой не допускали. Родители некоторых детей с нами потом даже здороваться перестали.

- Некоторые в Украине считают предателями тех, кто остался на территориях "ДНР" и "ЛНР".

- Вот мы - предатели? Есть люди, которые остались по определенному стечению обстоятельств. Таких немного, процентов 15-20, но они есть. У моего знакомого, например, есть мама - он ухаживает за ней. Многие возвращаются, потому что на подконтрольной (правительству Украины. - Ред.) территории им негде жить. Мы сначала тоже выехали, но не смогли там устроиться - потянуть жилье и начать все заново.

- По Вашим наблюдениям, чего хотят люди в Луганске - вернуться в Украину или войти в состав России?

- Таких, как мы - кто понимает, что происходит, и ждет возвращения в Украину - здесь малый процент. Но такой же малый процент и тех, кто верит в Российскую Федерацию. Они уже обожглись, и на них, если честно, сейчас смешно смотреть. Семь лет назад у них летели брызги изо рта, горели глаза, была агрессия, и они были уверены в своей правоте. Такого уже нет. А основная масса такая: куда их наклонят, кто победит, туда они и пойдут.

- Как Вы думаете, удастся ли после реинтеграции найти общий язык с теми, кто воевал на стороне "ЛНР" или сотрудничал с ее органами?

- С трудом верится, что удастся найти взаимопонимание с теми, кто воевал. Есть такие, кто говорит: "Я пошел воевать, потому что нечего было есть". То есть пошел убивать, потому что нечего было есть! А найти работу и не влезать во все это не пробовали? Для них нет другого пути, кроме как бежать.

Но есть и другие ситуации. Я знаю одного человека, толковый нормальный парень, работает в ЖКХ. Как-то он говорит: "Слушай, ты в курсе, что я теперь рецидивист?" Я спрашиваю: "В смысле?" Тогда он рассказал, что принесли списки и сказали: "Зарплату получать не будете, если вот здесь не распишетесь". Так они попали в "Мир Луганщине" ("общественное движение" "ЛНР", которое возглавляет "глава республики" Леонид Пасечник. - Ред).

Он говорит: "Мне же семью надо кормить. Я ведь ни на какие митинги не ходил, а выехать на подконтрольную территорию теперь не могу". Такая категория людей тоже есть. Это коммунальщики, "Лугансквода" (предприятие, обеспечивающее водой населенные пункты "ЛНР". - Ред.). При этом я на сто процентов уверена в этом человеке. Таких нужно возвращать, потому что он ничего такого не поддерживал, никуда не ходил.

Есть много неместных - это люди из Российской Федерации. Кто-то воевал, кто-то потом уже на работу устроился. Вот с ними что делать - это вопрос.

- У Вас есть возможность смотреть украинские телеканалы?

- Украинские каналы смотреть можно. Кто хочет - тот смотрит. У нас обычная антенна ловит два канала - бывшее луганское областное телевидение, которое теперь в Северодонецке, и УТ-1 (общественно-правовой канал "UA: Перший". - Ред.). Ну и, в конце концов, есть компьютер. Кто хочет, следит за новостями в интернете: устанавливают VPN и обходят все ограничения.

- Россия настаивает на прямых переговорах между правительством Украины и представителями самопровозглашенных "ЛНР" и "ДНР". Что Вы об этом думаете?

- Я не верю в какие-то переговоры с "ЛНР". Не для того это все создавалось. Они здесь пешки, которые ничего не решают. Как скажут сверху, так и будет. А кто говорит? Говорит Российская Федерация. А России территория Донбасса, по сути, не важна - она нужна ей лишь как зона боевых действий и постоянного конфликта, чтобы не дать Украине жить.

Я жду момента, когда сюда вернется Украина и искренне в это верю. Конечно, я чувствую себя одинокой - здесь нелегко. Мы даже проносили в Луганск украинскую символику. Сильно рисковали, но проносили. Потому что мы этим живем. Для нас это было и остается важным. У меня в кухне даже висят желтые занавески, а на столе - синяя скатерть (синий и желтый - цвета украинского флага. - Ред.). Хоть мы незнакомых и не пускаем, но если, не дай Бог, в квартиру зайдет кто-то пришибленный, за это можно и поплатиться. Последствия могут быть самыми разными. Как минимум, будет беседа с "органами". Это в лучшем случае. За символику могут и в подвал спустить. Кому-то это покажется дикостью, но мы в какой-то степени адаптировались к этому - страха уже нет.

Теги: лнр

Если вы заметили орфографическую ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Хотите первыми узнавать о главных событиях в Украине - подписывайтесь на наш Telegram-канал


Подтверждено:  
1 357 470 
+5 336
Болеет:  
154 340 
-20
Выздоровело:  
1 176 918 
+5 194
Умерло:  
26 212 
+162
Привито:  
4 905 
+1 764

2 марта 2021
больше новостей
delta = Array ( [1] => 0.0012390613555908 [2] => 0.093600988388062 )